Миряне



Губонин Михаил Ефимович

  
  
Генеалогия:  отец: Губонин Ефим Семенович
Дата рождения:  24.06. 1907 г. 20 век
Дата смерти:  09.10. 1971 г. 20 век

Церковная принадлежность

Русская Православная Церковь

   
  

Образование

Училище художественное Московское

  -  
1928 г. 20 век  

  

Училище Тульское оружейно-техническое

07. 1941 г. 20 век    
  

 
Биография

Губонин Михаил Ефимович (1907-1971), архивист, художник. Родился Михаил Ефимович в 1907 году в день празднования Рождества Иоанна Предтечи в с. Болшево Мытищинской волости Московской губернии. Михаил Ефимович - потомок известного русского строителя железных дорог Петра Ионовича Губонина. Отец, Ефим Семенович, также был состоятельным человеком, крупным знатоком мехового дела. Знания его в этой области были высоко оценены и в послереволюционное время. 7 июля 1924 года, в день рождения сына, скоропостижно скончался отец Михаила Ефимовича, и для семнадцатилетнего молодого человека началась самостоятельная жизнь. Честность, трудолюбие, любовь Ефима Семеновича ко всему русскому и к Русской Православной Церкви запали в душу сына и явились доброй почвой для формирования его личности. Во время учения в Московском художественном училище на живописном отделении Михаил Ефимович часто бывал на богослужениях в различных храмах Москвы, чаще всего в Сретенском монастыре. С иноками этого монастыря он сблизился, а с одним из них, иеромонахом Иеронимом (Захаровым), будущим епископом Ростовским, у него завязалась тесная дружба на всю жизнь.
На духовное становление Михаила Ефимовича особенно значительное влияние оказал Преосвященный Петр (Руднев), епископ Коломенский, погибший позже на Соловках в сане архиепископа Самарского. Он был последним настоятелем Богоявленского монастыря и последним благочинным монастырей Москвы. Столь же значительными были отношения с Преосвященным Тихоном (Шараповым), епископом Гомельским.
Церковная позиция Преосвященных Петра и Тихона складывалась под влиянием настоятеля Данилевского монастыря архиепископа Феодора (Поздеевского). Через них прослеживается духовное воздействие этого архипастыря и на Михаила Ефимовича и его ближайших друзей, иеромонаха Иеронима (Захарова) и Алексея Сергеевича Беляева, который в 20-е годы был иподьяконом, а позже стал священником и в последние годы исполнял послушание духовника в Пюхтицком женском монастыре. Величайшее уважение к Владыке Феодору, стремление во всех вопросах церковной и духовной жизни сохранить верность "направлению Даниловского монастыря", Владыка Иероним, отец Алексей и сам Михаил Ефимович пронесли, по словам последнего, до конца своей жизни.
Будучи иподьяконом епископа Петра, Михаил Ефимович невольно становился участником богослужений Святейшего Патриарха Тихона, когда они совершались в сослужении архиереев, в том числе и Преосвященного Петра, епископа Коломенского. Суждено было Михаилу Ефимовичу и в день похорон Святейшего Патриарха Тихона присутствовать в Донском монастыре. Впоследствии ежегодно в день кончины Патриарха, 7 апреля, Михаил Ефимович старался бывать, в Донском монастыре на панихиде у могилы Святейшего Патриарха Тихона.
Еще в детстве был Михаил Ефимович близко знаком с будущим Патриархом Московским и всея Руси Пименом (в миру Сергеем Михайловичем Извековым). Мальчиками они "играли в церковь". При этом будущий Патриарх - Сережа Извеков - представлял себя священнослужителем, а будущий художник - Миша Губонин - шил для "священнослужителя" красивые облачения. В годы гонений на Церковь Михаил Ефимович, сам скрываясь от преследований, порой предоставлял ночлег и для инока Пимена.
По окончании живописного отделения Московского художественного училища с 1928 года Михаил Ефимович работал в различных издательствах. В мае 1930 года нараставшие гонения на Церковь настигли и его. Он был арестован и 15 мая 1930 г. Особым Совещанием при Коллегии ОГПУ СССР приговорен по ст. 58-10 УК РСФСР к трехлетней ссылке в Среднюю Азию (реабилитирован 4 марта 1940 г. по Постановлению Особого Совещания НКВД СССР).
Ссылку отбывал в Туркмении в г. Шахрисябзе и Термезе, а затем в Узбекистане, в г. Бек-Буди. К испытаниям, ложившимся на плечи всех сосланных, для 23-летнего молодого человека прибавилась и болезнь - тяжелая форма тропической лихорадки. Неоценимой моральной поддержкой было общение с репрессированными митрополитами, епископами, священниками. Знакомство с этими интереснейшими людьми обогатило Михаила Ефимовича богословскими и историко-церковными знаниями.
15 мая 1933 года Михаил Ефимович был освобожден с ограничением места жительства (зона - 101 км от Москвы). Приходилось скитаться по Московской области, жить то в Кашире, то в поселке Дорохове, то под Можайском, работать художником при оформлении зданий различных фабрик, а также Государственного исторического музея.
В 1938 году М.Е. Губонин женился на Клавдии Петровне Губониной, ведущей хористке руководимого А.В. Свешниковым хора. Одновременно жена Михаила Ефимовича пела в церковном хоре, вначале в Богоявленском Дорогомиловском соборе, а после того, как его взорвали, - в кафедральном Богоявленском соборе в патриаршем хоре под управлением Виктора Степановича Комарова. Она оставила подробное описание (рукопись) всех богослужений с 1943 по февраль 1946 года, которые возглавляли Патриарх Сергий (Страгородский) и Патриарх Алексий (Симанский), переняв у Михаила Ефимовича заботу о сохранении для памяти потомков всех сколько-нибудь значительных событий церковной жизни.
22 июля 1941 года М. Е. Губонин был призван на военную службу. После окончания Тульского оружейно-технического училища он в составе седьмого гвардейского кавалерийского корпуса в должности начальника топографической службы дошел до Берлина. Войну окончил в звании гвардии старшего лейтенанта с тремя орденами и пятью медалями.
В 1946 году Михаил Ефимович похоронил жену, оставившую малолетнего сына, а через два года женился второй раз.
В конце 1947 года Михаил Ефимович был приглашен Московской Патриархией принять участие в создании сени над ракой Святителя Алексия, Митрополита Московского, в кафедральном Богоявленском соборе. Михаил Ефимович выполнил рисунки резьбы по дереву для всей сени, которая и была установлена над мощами Святителя Алексия. В 1948 году. Михаил Ефимович много работал над реставрацией и росписью храмов в Москве и других городах.
В 1961-67 гг. работал художником на кондитерской фабрике "Красный Октябрь".
В начале 60-х годов Михаилом Ефимовичем был получен заказ непосредственно от Святейшего Патриарха Алексия на выполнение патриаршего куколя. А в середине 60-х годов М.Е. Губонина пригласил на работу Председатель Издательского отдела Московской Патриархии епископ (впоследствии митрополит) Волоколамский Питирим. Михаил Ефимович оформлял Православный церковный календарь, выполнял и другую художественную работу. В одном из номеров журнала была помещена его статья, посвященная памяти покойного епископа Иеронима (Захарова).
Основное внимание в последние два десятилетия своей жизни Михаил Ефимович отдавал делу, которому был предан с юности. Он торопился закончить многотомный труд, посвященный Святейшему Патриарху Тихону и истории Русской Православной Церкви (общий объем архива - около 14 тыс. страниц машинописного текста). Многие испытания подорвали здоровье подвижника, но он, преодолевая недуг, с неослабным энтузиазмом продолжал трудиться до последних своих дней. Перед самой кончиной он успел закончить еще одну огромную свою работу - составил продолжение строевского словаря архиереев Русской Православной Церкви и епархиальные списки иерархов.
Изданная в настоящее время книга "Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея Руси, и позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти" позволят современному читателю оценить самоотверженность автора, собиравшего с 20-х годов исторические материалы, несмотря на величайший риск, с которым была тогда связана эта деятельность. Видна забота Михаила Ефимовича о сохранении для церковной истории максимально полной информации, для чего в его труде упоминаются документы, тексты которых автор достать не мог, но имел более или менее надежные сведения об их существовании и времени написания. Приводятся с соответствующими разъяснениями подложные послания и письма, если они оказали влияние на взгляды и поведение какой-нибудь группы церковных людей.
С особой любовью и трепетом Михаил Ефимович относился к памяти Святейшего Патриарха Тихона. Он порой негодовал, когда умышленно замалчивалось значение мученического служения Святейшего Патриарха в труднейший период истории Церкви и страны. Любовь эта помогла ему составить замечательный сборник воспоминаний о Святейшем Патриархе Тихоне, некоторые отрывки из которого предлагаются теперь читателям.
Михаил Ефимович стремился собрать все возможные сведения о каждом дне патриаршей жизни Святителя Тихона за все семь с половиной лет его патриаршего подвига.
На письменном столе Михаила Ефимовича постоянно находился стеклянный футляр, в котором хранился омофор Патриарха Тихона. Замечательно, что уже после кончины Михаила Ефимовича в конце 80-х годов эта святыня была передана митрополиту Ленинградскому Алексию (ныне Святейший Патриарх Московский и всея Руси).
Михаил Ефимович, будучи педантичным и скрупулезным собирателем и оформителем всего, что имело значение для церковной истории новейшего периода, соединял в себе удивительную широту и свободу взглядов с тончайшей церковной интуицией, любовь к кропотливой архивной работе - с необычайной живостью характера, строгость и точность церковных и духовных оценок - с замечательным по артистичности даром рассказчика, тонким и веселым юмором. Был он скромным человеком, жил часто в бедности, отдавая все силы и время своему труду. Здесь его тоже постигли многие испытания и огорчения. Одним из них была утрата первой коллекции документов после его ареста. Выйдя на свободу, Михаил Ефимович стал собирать все заново.
Много сердечного тепла Михаил Ефимович уделял своим молодым ученикам, передавая им любовь к новым святым мученикам, завещая им свое огромное архивное и творческое наследие.
Господь чудесным образом отметил подвиг жизни Михаила Ефимовича: он скоропостижно скончался в день святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова, 9 октября (26 сентября) 1971 года. Похоронен в Москве на Долгопрудненском кладбище (уч. 105).
О существовании архива до недавнего времени знали немногие, лишь самые близкие М.Е. Губонину люди, однако этот замечательный первоисточник все-таки способствовал воссозданию церковной истории, так как многие из собранных М. Е. Губониным документов были напечатаны в приложении к книге Л. Регельсона "Трагедия Русской Церкви", опубликованной издательством YMCA-PRESS во Франции в середине семидесятых годов.



Web-дизайн и ПО © Кирилл Щерба, Kirsoft Inc., 1996-2014
Все права © Благотворительный фонд "Русское Православие"