Архиереи



Владимир (Петров)

  
Ф.И.О.:  Петров Иван Петрович
  
Сан:  архиепископ
Дата рождения:  29.05. 1828 г. 19 век
Дата пострига:  19.03. 1853 г. 19 век
Дата хиротонии:  16.03. 1880 г. 19 век
Дата смерти:  2.09. 1897 г. 19 век

Церковная принадлежность

Русская Православная Церковь

   
  

 
Биография

Владимир (Петров Иван Петрович), архиепископ Казанский и Свияжский.
Родился 25 мая 1828 года в Донской области Федосеевской станице. Сын простого казака, впоследствии бывшего священника на Алтае.
В 1849 году окончил Воронежскую духовную семинарию и в 1853 году Киевскую духовную академию со степенью магистра богословия.
19 марта 1853 года принял монашество, будучи на последнем курсе академии.
22 октября 1853 года рукоположен во иеромонаха и определен преподавателем философии и психологии в Орловской духовной семинарии. Здесь он вместе с тем исполнял обязанности помощника инспектора семинарии и библиотекаря. Был главным редактором, издателем и даже корректором по составлению "Историко-статистического описания Орловской епархии". При последних работах он несколько раз был командирован в уездные церковные и монастырские архивы: Карачевский, Брянский, Дмитровский, Крымский, Севский и др.
С 30 апреля 1857 года - инспектор Иркутской духовной семинарии.
С 13 июля 1858 года - инспектор Томской духовной семинарии.
И в Иркутске и в Томске он трудился по историко-статистическому описанию епархий.
С 13 сентября 1861 года - инспектор и экстраординарный профессор СПБ духовной академии в сане архимандрита. Будучи инспектором, читал лекции по Догматическому богословию. В то время он принимал живое участие в учреждении в Петербурге Миссионерского Общества для содействия миссии Алтайской и Забайкальской, и 24 ноября 1865 года накануне открытия этого Общества, он был назначен начальником Алтайской Миссии.
16 марта 1880 года хиротонисан во епископа Бийского, вик. Томской епархии (в составе Свят. Прав. Всер. Син. и Рос. Церк. Иерархии на 1894 год, с. 29 ошибочно указана дата хиротонии 1879 год. См. "Прав. Собес." 1897 г., ноябрь, с. 539).
Хиротонию совершали два архиерея: епископ Томский, Петр и епископ Курский, Ефрем, ехавшие из Тобольска.
В г. Бийске он открыл епархиальное женское училище.
В 1881 году избран почетным членом Казанской духовной академии.
С 6 августа 1883 года - епископ Томский и Семипалатинский. В Томске учредил Братство св. Дмитрия Ростовского и достроил Кафедральный собор, организовал выделку свечей и ввел воскресные чтения.
С 6 марта 1886 года - епископ Ставропольский и Екатеринодарский.
В г. Ставрополе организовал миссии противосектантскую и противо-раскольническую; для новокрещенцев построил храм, школу, избы для оседлого житья, а на свои средства устраивал даровые обеды для бедных; организовал Свято-Владимирское Братство.
Интересно его отношение к кладбищам христианским. Однажды он при посещении селения Белой Глины, усмотрел, что кладбище в состоянии до крайности печальном и заброшенном, и обратился к народу со словом обличения, разъяснив ему, что могилы православных христиан должны быть всеми мерами охраняемы от разрушения и почитаемы. Владыка обличил жителей Белой Глины в том, что они, оставляя 100, 1000 и 10.000 рублей в питейных домах, ничего не сделали для охранения кладбищ от скота. "За это поругание над священным прахом христиан православных, сказал владыка, - за ваше омерзительное пьянство, в ущерб многим богоугодным, за все это бесчиние, нет вам моего архипастырского благословения!..." После этих слов архипастырь направился к выходу. Народ, рыдавший во время этого обличения, вполне сознавая свою вину, бросился на колени, прося прощения и благословения. Преосвященный, сильно растроганный этим всенародным покаянным воплем, с архипастырской любовью простил им грех непочтения родителей и заклинал их впредь с уважением охранять места упокоения своих близких. !Успокойтесь, говорил архипастырь, - как бы, в противном случае, из богатой Белой Глины не осталась здесь одна бездушная глина!".
С 25 ноября 1889 года - епископ Нижегородский и Арзамасский. В Нижнем Новгороде особенно заботился о семинарии.
С 7 мая 1892 года - архиепископ Казанский и Свияжский. В Казани учредил Ольгинский приют. Много жертвовал на Алтайскую Миссию и бедных. Много работал на миссионерском поприще, на нужды Киевской Лавры, на Сербскую Церковь.
14 мая 1896 года награжден бриллиантовым крестом на клобук.
Скончался 2 сентября 1897 года от заражения крови и погребен в Казани в кафедральном соборе, в склепе под алтарем, место погребения он указал сам.
Духовный писатель. Проповедник - импровизатор.
Всегда бодрый, воодушевленный, чуждый канцелярского формализма и скромный иерарх. Много помогал бедным, а за свою миссионерскую деятельность прозван "просветителем Алтая".
На миссионерском поприще был более 30 лет. Начало миссионерской деятельности было положено еще в СПб, где по его инициативе было организовано миссионерское общество для содействия Алтайской и Забайкальской миссиям и составлен устав для них. Будучи начальником Алтайской миссии, обратил в христианство из язычников и магометан и присоединил из раскола к православию 6679 человек, причем лично им крещено 406 человек. Для улучшения была кочевников построил 20 селений для новокрещенных, воздвиг в разных местах 28 церквей и молитвенных домов, выстроил более 30-ти зданий - школ, больниц, аптек, библиотек и т.д.
В течение своего 17-летнего епископства, до самой своей смерти не оставлял любимой своей миссионерской работы, постоянно совершая поездки по инородческим селениям, научая вере и христианской нравственности новокрещенцев. Его простое сердечное слово и любовь производили глубокое впечатление и служили утверждением к христианской вере. Кроме неутомимой проповеднической деятельности, он переводил и издавал на алтайском языке богослужебные и другие книги. (Подробные сведения о миссионерской деятельности см. "Прав. Собес." 1898 г., январь, июль-август, октябрь).

СТРАНИЦЫ ВОСПОМИНАНИЙ ОБ АРХИЕПИСКОПЕ ВЛАДИМИРЕ
"Приб. к "ЦВ" 1903 г., № 40, с. 1529.
Это был человек исключительный, очень редкий по своей самобытности и душевным качествам. Замечательна черта его характера, невольно обращающая на себя внимание при воспоминании о нем; вспоминается весь он со всей его величавой простотой - и в разговоре, и в привычке держать себя в обществе, и в его кротких карих, удивительно выразительных больших глазах, за которыми как будто не видно было всего лица. Думается, что это происходило у него потому, что во всех обстоятельствах жизни он был всегда один и тот же, живущий своей собственной жизнью и очень мало думавший о том, что будут о нем говорить люди. И для этого ему не нужно было делать над собой усилия, совершать подвиг, - нет, у него было все совершенно естественно, свободно, в внешней жизни проявлялось то, что было содержанием внутренней. Когда он был ребенком, он вместе с меньшим братом заблудился в поле во время страшной вьюги и мороза, он совершенно естественно, как старший, собою загородил младшего, решив первым замерзнуть. Потом, когда Божия воля определилась, и он должен был перестать быть инспектором столичной академии и уйти в центральную Азию на положение начальника полуразрушенного миссионерского дела, он задумался только о том, как бы ему достать преданных делу помощников. И далее, когда через восемнадцать лет служения святой Церкви в сане архимандрита, он был призван к епископскому служению, он накануне хиротонии молился Богу о том, чтобы Он послал ему скорее смерть, лишь бы его епископство не послужило на погибель чью-либо.
И делал все это без всяких усилий: иначе он и не мог делать и искренно бы удивился, если бы все это ему поставили в подвиг: этого всего требовала его душа, и он лишь беспрекословно выполнял требование совести. И так во всей жизни его, требования его совести были для него последней причиной его поступков, и всякий поступок был как бы откровением - проявлением всего его душевного содержания; поэтому он был всегда верен себе, неизменен в своих принципиальных решениях; поэтому же он так и памятен для всех его знавших, памятен весь его нравственный облик.
Но какое же было главенствующее чувство, заправлявшее его духовными настроениями? - Это несомненно, чувство сознательного глубочайшего смирения - в постоянном покаянии. Этим памятованием о грехах объясняется то, что всякий раз, как он расставался с кем-либо на небольшой даже сравнительный срок, он просил: "как услышите о смерти моей, помолитесь обо мне". Смирение же его проникало как будто все его существо. Когда ему приходилось быть советником, он всегда лишь исполнял послушание, как бы по-Божьему приказанию брал на себя это бремя и всегда старался отыскать что-нибудь "от писания", такое подходящее событие или изречение, которое в данном случае устраняло бы его личное мнение. Когда ему встречалось при встрече с чьим-либо грехом потерять душевное равновесие, то этот день был для него днем глубокого несчастия и буквально - "вздохи его предупреждали хлеб его и стоны его лились как вода"; отдельные его грехи, казалось, были вполне достаточным наказанием за естественную греховность его; Господь попускал ему согрешать, чтобы не превознесся как-нибудь и этот смиреннейший человек, всецело проникнутый чувством покаяния. Замечательно, что он почти каждому ставленнику во пресвитеры говорил одно и то же: "молись, молись Богу усердно; молись за паству твою, хоть ты ее еще и не знаешь. Помнишь, как Моисей молился: не руками и не устами, а сердцем "вопиял ко Господу". А когда он побеждал врага? - Тогда, когда свое бессилие исповедал, когда молился в смирении своем. Вот и ты, - продолжал святитель, тогда победишь и своих врагов, и врагов паствы твоей, когда от всего сердца непрестанно будешь вопиять: "помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей".
Когда владыка был дряхлым старцем по переселении в Казань, он уже вел почти замкнутый образ жизни, совершенно не поддерживал знакомства и принимал у себя лишь по официальным делам или обращавшихся к нему за архипастырским советом. Это обстоятельство многих смущало: казалось, что вообще избегает людей, хочет держаться как бы вдали от них.
Так могло казаться, и многие любившие владыку смущались этим. Но более всего этим, то есть своею как бы замкнутостью смущался сам святитель, на самом деле всегда живший со всеми нуждавшимися - в душе своей, и редко кто может быть так отзывчив на чужое горе, как был отзывчив он. Но этого мало; он сознавал, что он, как архипастырь и начальник многого стада, должен знать своих овец по имени и они должны знать его голос, а он этого как будто не достиг в своей жизни... И раз по этому поводу он удостоил свою паству целой исповедью.
Принимая своих подчиненных, посетивших его для принесения ему поздравления по поводу одного события в его жизни, он сказал: "Братие моя, вот вы потрудились приехать и поздравить меня. Спасибо вам от всей души, так как очень хорошо сознаю, что пред вами не заслужил любви вашей. Но верьте слову моему, всех я ношу или хотел бы носить в душе своей и с каждым из вас войти в личное общение, да сил моих нет. Ведь помните, где-то и написано, что есть люди, которым дано талантов гораздо менее десяти... Так простите меня и не посетуйте на бессилие мое и еще раз примите благодарность мою". Такова была исповедь болезненного, глубокого старца-архипастыря. Так служение людям и пастве за последнее время его жизни состояло более в молитве за них. Но кто знает, кто был более полезным общественным деятелем - Сергий Радонежский, молившийся за Русь, или его два ученика, за нее сражавшиеся?...
Еще замечательная черта была в характере преосвященного - его удивительная отзывчивость на все доброе. Иоанн Златоуст где-то пишет: "сострадание человеку естественно, но сорадоваться может лишь великая душа". Вот эту великую душу и стяжал архиепископ Владимир. Это была какая-то сокровищница поощрений; он всякому благому делу, всякому начинанию искренне радовался, усердно благодарил Бога за него, со слезами на глазах благодарил трудящихся и усердно всеми средствами развивал добрые начинания. Наград каких-либо он не любил, но как-то так умел делать, что одним словом, одним сочувствием своим будил и инициативу, и поощрял самое дело, в чьих бы руках оно ни было.
Последнее служение архиепископа Владимира было в Казанском кафедральном соборе в день провод иконы Смоленской Божией Матери 27 июля 1897 года, а последняя его литургия была в самый день празднования чудотворной Смоленской иконы Богородицы. Как будто Сама Богородица, покровительница Казани, приняла его паству.
1-го августа владыка заболел. К 15 августа определилось, что его положение безнадежно, а он только и жил последней радостью, которую послал ему на землю Бог. 4-го августа было получено известие, что ректор Казанской академии архимандрит Антоний (Преосвященный Волынский), которого владыка Владимир искренне любил, вскоре имеет быть возведен в сан епископа, то архипастырь был рад до слез. Дни болезни шли очень быстро, и владыка понимал свое положение, почти все время проводя в молитве. У него перед глазами в ногах стоял большой церковный образ Спасителя. Около 20-го августа владыка пожелал собороваться, что и было исполнено собором духовенства во главе с архимандритом Антонием, ректором академии. С этого дня владыка ежедневно приобщался Святых Таин и как-то спешил закончить неоконченное, между прочим, очень интересовался миссионерскими курсами, заботился, как бы их вынести из академии и дать иную организацию. И все время он в беседе с посещавшими его казанцами вспоминал о смерти. " вот еще хоть полтора года хотел пожить, а умирать время пришло, да это не беда, только бы вот не ниже этого места оказаться", говорил он, указывая на подножие Спасителя.
На все не отвеченные письма он просил ответить, что он лежит на смертном одре и просит молитв об укреплении душевных сил своих; с большой грустью он сознавал свое бессилие написать собственноручное письмо Сербскому митрополиту Михаилу.
Потом приказал уничтожить всю свою переписку. Когда один из людей, близких к нему, стал просить о пощаде многих интересных переписок (например, с митрополитом Михаилом), владыка сказал, "нет, так лучше, а то потом кто-нибудь еще хвалить будет; ему-то хорошо, а мне тяжело будет иметь незаслуженную славу".
Оставаясь один, владыка или осенял себя крестным знамением, или посылал кому-то невидимому благословение; что это было? - знак ли благословения и прощения земле, его часто обижавшей, или укрепление кого-то крестным знамением на жизненный подвиг? Часто вспоминал он Алтайскую Миссию, свою службу там, Улалинский монастырь, места столь ему дорогие и некогда принесшие ему столько огорчений...
Наступили дни 26, 29, 30 августа. Владыка совсем терял силы, "умирал", но лишь один день, на несколько часов жаловался, что "потерял душевные силы"; "страшно, говорил он к Судии идти, оправданий не имея". Но так было не долго; вскоре сила Божия укрепила его и он получил дерзновение предстать Богу, Которому стремился служить всеми силами и Который ценит и намерения. Поборов в себе чувство страха, владыка стал по-прежнему благодушен и даже весел; шутил над усилиями доктора ему помочь и сожалел, что доставит своей смертью лишние хлопоты; просил у докторов перевести его в город (он захворал в загородном архиерейском доме). Но большую часть времени он проводил в молитве, часто просил читать ему Псалтырь. Когда ему предложили почитать Евангелие, он сказал: "Нет, лучше Псалтырь - здесь покаяние, а там дела любви, а где они у меня?".
Часто вспоминая о. Иоанна Кронштатского и его молитвенный подвиг за род человеческий и за него и добавлял: "Спаси его, Господи".
30-го августа, поздно вечером, владыка забеспокоился и, позвав к себе одного из крестовых иеромонахов, сказал ему: "Вы завтра пораньше обедню отслужите, чтобы успеть мне еще раз приобщиться Св. Таин.". а утром еще раз обеспокоился, как они с Литургией не опоздали. Но этого не случилось, и он 31-го августа был причастником Святого тела и Крови Господних. Когда иеромонах, приобщавшие его, произнес слова "приобщается архиепископ Владимир", владыка, собрав свои силы, громко , со слезами на глазах, поправил его словами: "Недостойный архиепископ Владимир", потом взял Святую Чашу и прильнул к ней своими устами... Более на земле не был уже причастником Вечери Господней.
Около полудня он попросил собраться к нему всю крестовую братию и, испросив у всех прощения, благословил всех своим монашеским деревянным крестом, который все время находился над ним на стене, потом попросил прочитать над собой отходную, что и исполнил ректор академии архимандрит Антоний. К четырем часам дня владыка попросил бывшего около него иеромонаха прочитать псалом "Помилуй мя, Боже". Тот прочитал до конца.
"Яко в беззакониях захват есмь", вздохнул владыка, смотря на образ Спасителя; иеромонах с этих слов закончил снова псалом. - Снова, как бы из глубин сердца, раздаются резкие и отчетливые слова: "в беззакониях зачат есмь и во грехах роди мя мати моя", и снова глубокое внимание к последующим словам псалма, который снова в третий и последний раз прочитал иеромонах.
" Ну, теперь достаточно", произнес владыка свои последние слова, благословил этого иеромонаха и перенес свой взор с образа Спасителя на свой крест, полученный им при пострижении. На этом кресте и замер взор святителя навеки... С вечера 31 августа до самого времени кончины лишь средства медицины поддерживали биение сердца больного, но сам он уже как бы покинул мир.
Наступило 2-е сентября; дыхание умирающего становилось реже, а с полудня и вовсе редко. Смерть очевидно уже была близко.
3 часа 45 минут. Вдруг со стороны города послышались удары больших колоколов городских церквей; это зазвонили, не расслышав в телефон слов о состоянии больного, который еще дышал, и подумав, что он не "кончается", а уже "скончался".
4 часа 30 минут. - Дыхание владыки стало уже едва заметно. Все и неотступно бывшие при нем все последнее время и случайные посетители из города в благоговении опустились на колена и в таком положении и проводили своего незабвенного архипастыря в места вечной жизни.
Архимандрит Андрей.

Сочинения:
Историко-статистическое описание Орловской епархии (в котором принимал участие). // "ПС" 1898, декабрь, с. 622.
Уланинская женская община новокрещенных на Алтае. // "Христианское чтение". 1863.
Отчеты Алтайской духовной Миссии.
За 1870 г. 1874 г. 1878 г. 1881 г.
1871 г. 1875 г. 1879 г. 1882 г.
1872 г. 1876 г. 1880 г.
Миссионерская поездка туруханского игумена Мисаила в 1788-1789 гг. // "Христианское чтение". 1864
Речь при открытии миссионерского общества. "Духовная беседа" 1865, № 50.
Речь пред началом молебна при открытии Миссионерского Общества. СПб., 1865. // "Странник". 1866, 1, с. 12.
Отчет миссионерского общества за 1867 год.
Объяснительная записка, представленная Миссионерскому Обществу // "Духовная беседа" 1868.
Поездка на Чульниман. // "Домашняя Беседа". 1868.
Записки Алтайского миссионера за 1866-1867 гг. "Духовная беседа" 1868.
Сборник документов и статей по вопросу об образовании инородцев.
СПб, 1869.
Записки об образовании инородцев. СПБ, 1869.
Прощальное письмо В.И. Аскоченскому. 1870.
Записки начальника Алтайской миссии архимандрита Владимира о действиях его в 1870 году.
Сборник сведений о православных миссиях и деятельности православного общества. Книга 2-я, М., 1872.
Речь при посвящении во епископа. // "Томские Епарх. Вед." 1880.
Письмо старого инока-миссионера к молодому иноку-миссионеру. // "Православный благовестник". 1893. № 6.
Письмо к Иркутскому архиеп. Вениамину (1880). // "Православный собеседник". 1904, июль-авг, с. 237-253.
Две старые речи. // "Томские ЕВ". 1896.
Завещание. "Изв. Каз. Eп." 1897, с. 489-496, 593.
Исследование по истории развития миссионерства в России. Казань, 1897-1898. ("Православный собеседник". 1898).
К истории Бийского викариатства. "Изв. Каз. Еп." 1903, номер 20, с.613-618.
Переведены и изданы на алтайском языке:
Воскресные литургийные Евангельские чтения.
Чин св. крещения.
Чин венчания.
Чин погребения.
Евангелие от Матфея.
Евангелие от Луки.
Всенощное бдение.
Последование Светлой Седмицы.
Избранные Жития Святых. Два выпуска.
Различные поучительные статьи в прозе.
Различные поучительные статьи в стихах.
Алтайско-русский словарь.
Русско-алтайский словарь.
Грамматика.
Книга для чтения.

Литература:
"ЦВ" 1889, № 15-16, с. 140.
- " - 1889, № 49, с. 423.
- " - 1892, № 20, с. 175.
- " - 1896, № 19-20, с. 159.
"Приб. к "ЦВ" 1889, № 4, с. 88.
- " - 1890, № 5, с. 156.
- " - 1891, № 41, с. 1420.
- " - 1897, № 15-16, с. 581.
- " - 1897, № 37, с. 1319-1323.
- " - 1903, № 40, с. 1529-1533.
"Прав. Соб." 1877, январь, с.1.
- " - 1878, август, с.313.
- " - 1897, окт., с.353-364.
- " - 1897, ноябрь, с.518-553.
- " - 1897, декабрь, с.1, 4 отчет.
- " - 1899, январь, с. 1, 5 отчет и 132.
- " - 1900, апрель, прилож. С. 13-14.
- " - 1901, январь, с. 112.
- " - 1904, июль-август, с. 229.
- " - 1905, март, с.480-490.
"Труды КДА" 1875, апрель-июнь, с.700.
- " - 1884, май-август, с.127.
- " - 1888, янв.-апрель, с. 496-512.
- " - 1888, сентябрь-декабрь, с.341.
"Церк. Вестн." 1886, № 12.
- " - 1891, № 19, с. 298.
- " - 1891, № 26, с. 415.
- " - 1891, № 33, с. 524.
- " - 1891, 41, с. 652.
"Мисс. Обозр." 1898, июль-август, с. 1229.
"Симбир. ЕВ" 1897, № 19, с. 764.
"ЖМП" 1960, № 8, с. 63.
"Нижегор. ЕВ" 1889, № 11, с. 361.
"Изв. Каз. Еп." 1886, № 7, с. 165.
- " - 1892, № 11, с. 273.
- " - 1892, № 14, с. 370-371.
- " - 1893, № 1, с. 1.
- " - 1894, № 6, с. 133-136.
- " - 1894, № 7, с. 197-198.
- " - 1894, № 8, с. 222-230.
- " - 1894, № 9, с.256-260.
- " - 1896, № 11, с. 289-293.
- " - 1896, № 15-16, с. 279.
- " - 1897, № 18, с. 483-489, 490.
- " - 1898, № 1, с. 18.
- " - 1899, № 4, с.172, под/с.
- " - 1903, № 18, отчет.
- " - 1907, № 42, с. 1313 п/с.
- " - 1909, № 42, с. 1207 п/с.
"Рус. Архив" 1899, № 4, кн.1, с. 699, 671-673.
- " - 1903, № 2, кн. 2, с. 248.
- " - 1904, № 11, кн. 1, с. 52.
- " - 1904, № 4, кн. 1, с. 664-682.
"Красн. Архив" 1930, т. 40, с. 117.
"Душ. Размыш." 1884, с. 131-133.
"Рус. Палом." 1910, № 8, с. 119.
"ХЧ" 1909, с. 252, 752.
Булгаков, с. 1401, 1406, 1413, 1415.
БЭС т. I, стб. 525-530.
БЭС т. II, стб. 1140, 1634, 2112, 2170.
БЭЛ т. III, стб. 572-578.
БЭЛ т. VII, стб. 722, 723.
БЭС т. X, стб. 938 и доп. т. I, с. 439.
Летопись епископа Арсения, с. 870.
Юбилейный сборник, с. 543.
Родосский А. "Словарь воспитан. СПб дух. акад.", с. ХХI.
Елисеев (Записки миссионера), с. 108, 109, 160.
Харлампович К.В. "Архимандрит Макарий", изд. Примеча. 113, 126.
Путев. Алтая, с. 5 и прим. 28 и др.
Чевалков "Памятные записки", с. 75-90.
Павловский "Монастыри", с. 695.
Ястребов И. "Миссионер Высокопреос. Владимир, архиепископ Казанский".
Казань, 1898.
"ПС" 1896, январь-июль-август, окт.
Высокопреосвященнейший Владимир, архиеп. Казанский и Свияжский. Казань, 1898. 78 с.
Макарова-Мирская А.И. "Апостолы Алтая".
Краткий сборник статей архиеп. Никанора (Каменского). Казань, 1909, с. 492, прим. 4.
А.З. "Памяти на Бозе почившего архиепископа Казанского и Свияжского Владимира (Петрова)" М., 1897.
"Об архиеп. Владимире (Петрове)". // "ДЧ" 1897.
"Об архиеп. Владимире (Петрове)".
История Казанской духовной академии.
Харлампович К.В. "Архиеп. Казанский Владимир (Петров), его жизнь и деятельность".
"ЦВ" 1910, № 5, с. 156.
"Состав Св. Прав. Всер. Син. и Рос. Церк. Иерархии на
1894 г., с. 28.
1897 г., с. 24-25."
"Списки архиереев Иерархии Всерос."
СПб, 1896, № 458, с. 68.
Мануил, архиеп. Каталог русских архиереев. ч. 2. 1959.
Венгеров. Источники словаря рус. писателей. т. 1. с. 597.
Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и половину 20-го столетия. / Составил В. Волков… Загорск, 1961. Ч. 1.

 
Должности и места служения

начальник
Русская духовная миссия на Алтае

1865 г. 19 век   -  
1880 г. 19 век
  
  

Бийское викариатство

16/28.03. 1880 г. 19 век   -  
06/18.08. 1883 г. 19 век
  
  

Томская епархия

06/18.08. 1883 г. 19 век   -  
08/20.03. 1886 г. 19 век
  
  

Казанская епархия

1892 г. 19 век   -  
1897 г. 19 век
  
  

Web-дизайн и ПО © Кирилл Щерба, Kirsoft Inc., 1996-2014
Все права © Благотворительный фонд "Русское Православие"