Архиереи



Андрей (Комаров)

  
Ф.И.О.:  Комаров Анатолий Андреевич
  
Сан:  архиепископ
Место:  рождения: с. Андросовка Николаевского у. Самарской губ.
смерти: Днепропетровск
погребения: в ограде Троицкого собора г. Днепропетровска
Дата рождения:  26.06. 1879 г. 19 век
Дата пострига:  29.12. 1923 г. 20 век
Дата хиротонии:  31.12. 1923 г. 20 век
Дата смерти:  17.07. 1955 г. 20 век

Церковная принадлежность

Русская Православная Церковь

   
  

 
Биография

Андрей (Комаров Анатолий Андреевич), архиепископ Днепропетровский и Запорожский.
Родился 26 июня 1879 г. в одном из сел Самарской губернии. Сын священника.
Окончил Самарскую духовную семинарию в 1901 году и 8 августа того же года рукоположен в сан иерея.
Священствовал в с. Андросовке (Утевке) той же губернии. Его жена, человек чистой и светлой души, очень скромная и глубоко религиозная, скончалась после 2-летней совместной жизни, навсегда оставив в нем глубокое теплое чувство. До конца своей жизни он считал ее своей помощницей, усердно ходатайствующей перед Господом.
В 1904 году о. Анатолий поступил в Казанскую Духовную Академию и окончил ее в 1908 году со степенью кандидата богословия. По окончании Академии был законоучителем в средних учебных заведениях, а затем приходским священником в г. Саратове.
29 декабря 1923 г. принял монашество, а 31 декабря 1923 г. (ст.ст.) хиротонисан во епископа Балашовского, викария Саратовской епархии с жительством в г. Саратове.
Хиротонию совершали: Святейший Патриарх Тихон, архиепископ Крутицкий Петр (Полянский), архиепископ Тверской Серафим (Александров) и епископ Звенигородский Николай (Добронравов).
14 января 1924 г. назначен временно управляющим Саратовской епархией. Управлял ею до возвращения Архиепископа Досифея 6 марта 1926 г.
С 13/26 июля 1927 г. - епископ Новоторжский, викарий Тверской епархии.
16/29 января 1928 г. - епископ Петровский, викарий Саратовской епархии.
30 октября/12 ноября 1928 г. назначен епископом Вольским, той же епархии.
15/28 октября 1929 г. назначен управляющим Астраханской епархией с оставлением епископом Вольским.
30 сентября/13 октября 1933 г. назначен епископом Астраханским.
3 января 1934 г. возведен в сан архиепископа.
27 апреля 1939 г. уволен на покой временно, согласно прошению.
В октябре 1939 г. назначен на штатное место приходского священника Покровской церкви г. Куйбышева той же области. Занял это место по просьбе верующих и особому благословению Митрополита Сергия, для оздоровления церковной жизни в епархии, которая в то время состояла почти из одной этой церкви. Управление такими епархиями тогда централизовалось в Московской Патриархии, а для архиереев практиковалось назначение на штатные места настоятелей. В Куйбышеве настоятельское место было занято, а вокруг, как в бурном водовороте, сталкивались влияния и левых и правых ориентаций. Настоятеля народ не уважал и не доверял ему до такой степени, что многие считали за грех ходить в церковь, где он служит. Эти чувства распространились и на Митрополита Сергия, принявшего настоятеля в общение с Церковью, и на все духовенство. Появилось мнение, что "истинная Церковь ушла в пустыню", а все открытое служащее духовенство безблагодатно, и отступления от Церкви в своеобразные маленькие раскольничьи группы приняли массовый характер.
С приездом архиепископа Андрея брожения прекратились, мучительный вопрос о том, можно ли ходить в храм, перестал существовать.
Архиепископ действовал с мудрой простотой и большой осторожностью, зная, что кругом люди "из породы людоедов", способные на клевету ради того, чтобы убрать человека, мешающего им.
Кроме храма, никуда не ходил и у себя почти никого не принимал, но видел многое и незаметно влиял на умы и события. Добился запрещения некоторых священнослужителей. Служил ежедневно, а накануне воскресных и праздничных дней по две всенощных, а 4 часа и в 7 часов. Временами терпел лишения, временами оскорбления и грубость, и даже побои.
В начале 1941 года стал настоятелем, а 12 сентября 1941 г. последовал указ о назначении его правящим архиепископом Куйбышевским и Сызранским.
8 декабря 1941 г. был награжден правом ношения креста на клобуке.
9 декабря 1941 г. перемещен на Саратовскую кафедру. В Саратов прибыл только в сентябре 1942 г., потому что в этой епархии действовавших храмов не было, и он начал ходатайствовать об открытии Саратовского собора. Проживал до сентября в г. Куйбышеве.
28 мая 1942 г. указом № 267 перемещен на кафедру Горьковскую и Арзамасскую.
13 июня 1942 г. за оставлением архп. Сергия (Гришина) в Горьком, согласно Указу, снова оставлен Саратовским.
26 августа 1942 г. назначен архиепископом Казанским, но назначение было получено одновременно с телеграфным вызовом Саратовского Горисполкома принимать собор. В ответ на телеграфный запрос куда ехать, Митрополит Сергий ответил телеграммой: "Саратов".
Открытие собора потребовало колоссальной затраты сил, духовных и физических.
Приходилось начинать без денег, без транспорта, без рабочей силы, без помощников и без связи с народом.
Ленинградский протоиерей о. Николай (Чуков), проживавший тогда в Саратове, советовал попросить денег в Патриархии и до получения их не принимать собора, но архиепископ Андрей считал, что в грозные дни особенно упорных боев в соседнем городе, Сталинграде, для жителей Саратова как на фронте дорог каждый день и час, а успех нашего оружия на фронтах он ставил в прямую связь с всенародным подвигом труда и молитвы. После мучительного, но короткого колебания он принял собор, а через семь дней начал богослужение.
Одна из особенностей архп. Андрея - живая, глубокая вера в молитвенную помощь умерших не только святых, прославленных Церковью, но и простых христиан, ушедших от нас в правой вере и благочести. Видя, как совершается казавшееся невозможным, плоды своих трудов и в Куйбышеве и в Саратове он относил за счет помощи этих молитвенников. ("Им там недалеко ходить с заявлениями-то, не как нам здесь").
В период между назначением и отъездом в Саратов ему пришлось хоронить в Куйбышеве одного священника, который раньше служил в Саратовской епархии и вместе с ним болел душой за судьбу обоих смежных городов: Куйбышева и Саратова. Умирая, он просил: "Владыке скажите, что я из Саратовской епархии не выписываюсь, как смогу буду помогать оттуда". Услышав это, архп. Андрей ответил в оригинальной форме: "Да, да, мы с ним давно договорились об этом. Я с ним поклоны на тот свет передал, и поручил ему разобраться там, как поступить с Саратовом; - здесь, на земле, ничего невозможно понять в этом деле"... Таков был его способ выражения мысли о глубочайших тайнах загробной жизни.
В Саратове он пробыл очень недолго. Собор он открыл 8 октября, а 14 октября в г. Ульяновске был рукоположен для Саратова новый епископ, Григорий, бывший протоиерей о. Николай Чуков.
Архиепископ Андрей получил распоряжение ехать в Казань, где и прослужил до 1944 года.
С декабря 1943 г. по март 1944 г. был вызван на зимнюю сессию Священного Синода, во время которой Святейший Патриарх доверил ему делать заключения по содержанию прошений бывших священников (отрекшихся).
Переведен из Казанской епархии архиепископом Днепропетровским, Запорожским и Сталинской области, согласно указу № 196 от 28 января 1944 г. и от 14 апреля 1944 г. (подтверждение).
Скончался 17 июля 1955 г., после тяжелой и продолжительной болезни.
В течение всей своей жизни архп. Андрей ни на один день не уклонялся ни в обновленчество, ни в другие расколы. В годы ослабления церковной дисциплины старался особенно внимательно относится к воле Митрополита Сергия, хотя далеко не всегда считал его распоряжения правильными. Свое мнение высказывал ему прямо и открыто, лично или в переписке.
Всегда и везде прежде всего заботился о подборе священнослужителей, причем прежде всего оценивал их каноническую правоспособность и духовно-нравственный облик, отодвигая на задний план все другие их качества - образование, красноречие, голос и т.д.
Сам архп. Андрей блестящим оратором не был, но говорил живо и ясно, приводил простые примеры из повседневной жизни и давал конкретные советы, что и как нужно делать. Затрагивал самые жизненные темы. Еще в начале 20-х годов, будучи протоиереем в Саратове, он так много потрудился по организации помощи голодающим и беспризорным детям, что получил за это личную письменную благодарность от Н.К. Крупской, как председательницы общества "Друг детей".
В годы Великой Отечественной войны Высокопреосвященный Андрей много говорил о том, что должен делать каждый христианин, чтобы помочь Родине и облегчить судьбу бедствующих. Заботился о раненых и об осиротевших детях. По его призывам среди верующих были собраны на нужды Родины огромные денежные суммы, а также теплые вещи бойцам и продукты для госпиталей. Лично сам пожертвовал большую сумму на самолет-истребитель. За патриотическую деятельность во время Великой Отечественной войны имел ряд благодарностей от Правительства. Кроме того, награжден медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне". В Днепропетровске пожертвовал большую сумму на художественную роспись стен собора, уделяя большое внимание этой росписи.
Любил торжественные богослужения, но, подбирая священнослужителей, заботился больше о качестве, чем о количестве их. В суждениях о них имел свою точку зрения, не всегда совпадающую с точкой зрения Святейшего Патриарха и некоторых других иерархов. Нередко случалось, что людей, которых он не допускал до священнослужения, другие иерархи потом сочли возможным допустить и даже возвысить. Самые яркие примеры этого: Питирим, митрополит Крутицкий, бывший настоятель Покровской церкви г. Куйбышева протоиерей Петр Свиридов, и Борис, митрополит Одесский, бывший иеромонах Вик в г. Саратове.
Архиепископ Андрей считал большой ошибкой возведение их в святительский сан, а против хиротонии протоиерея Свиридова возражал и протестовал, считая его человеком, вредным для Церкви.
В Днепропетровской и Запорожской епархиях имел несколько сот приходов и женский монастырь. Свою деятельность начал там с того, что "просеял сквозь сито церковных правил" все духовенство и выявил не имеющих законного рукоположения, в связи с чем имел немало врагов.
До его вступления на Днепропетровскую кафедру в епархии царил беспорядок. В начале войны там действовали неизвестные самочинные архиереи, оставившие повсюду своих ставленников. Миряне и духовенство, не чувствуя над собой твердой церковной власти, допускали своеволия и бесчинства.
По словам бывшего секретаря Днепропетровского Епархиального Управления протоиерея В. Турбина и других лиц, хорошо знавших его деятельность в Днепропетровской епархии, архиепископ Андрей с архипастырской мудростью украсил храмы не только живописью, но и батюшками.

Труды:
Пасхальное послание. "Правда о религии в России" МП, 1942, с. 114-119.
Слово в праздник Вознесения Господня. "ЖМП" 1946, № 9, с. 27-29.
Письма к разным лицам.

Литература:
"ЖМП" 1943, № 1, с. 13, 16, 17, 1944, № 2, с. 9, 1955, № 9, с. 8-10, 1959, № 4, с. 23.
ФМП № 9, с. 4.
ФПС I, № 189, с. 7, II, с. 4, IV, с. 1, V, № 20.
ФАМ I, № 2, с. 2.
"Правда о религии в России", МП, 1942, с. 120-122.
"Рус. Прав. Церковь и Вел. Отеч. война", с. 8-10, 22-23, 35-36.
Письма разных лиц об архиепископе Андрее.
Воспоминания об архп. Андрее (Комарове) - рукопись.
"Не забытая могила". Рукопись, 1965.
Анкета (краткие биограф. сведения с личной подписью архп. Андрея).
"Незабываемое торжество" - статья прот. В. Турбина по поводу 50-летия служения архп. Андрея в священном сане.
Некролог. Сост. протоиерей А. Турбин (Статья и некролог были помещены в "ЖМП" в сокращенном виде).

 
Должности и места служения

Балашовское викариатство

13.01. 1924 г. 20 век   -  
13/26.07. 1927 г. 20 век
  
  

Астраханская епархия

15/28.10. 1929 г. 20 век   -  
30.09/13.10. 1930 г. 20 век
   в/у
  

Астраханская епархия

30.09/13.10. 1933 г. 20 век   -  
14/27.04. 1939 г. 20 век
  
  

Казанская епархия

1942 г. 20 век   -  
1944 г. 20 век
  
  

член Собора
Собор Архиерейский 1943 г.

1943 г. 20 век   -  
1943 г. 20 век
  
  

член Собора
Собор Поместный избирательный 1945 г.

1945 г. 20 век   -  
1945 г. 20 век
  
  

Web-дизайн и ПО © Кирилл Щерба, Kirsoft Inc., 1996-2014
Все права © Благотворительный фонд "Русское Православие"